115 >

   Газеты выдвинули предположение, что  первым  важным  свидетелем  со
стороны обвинения будет  или  Артур  Кринстон,  здравствующий  партнер
убитого, или Дон Грейвс, единственный свидетель убийства.
   Таким   образом   репортеры   показали,   что   они   недооценивают
драматическую тактику ведения дел в суде первого заместителя окружного
прокурора.  Драмм  считал  необходимым  подготовить  умы  присяжных  к
мрачной развязке, точно так же, как  драматург  никогда  не  перенесет
главную сцену третьего акта в начало пьесы.
   Он пригласил судью Пурлея для дачи свидетельских показаний.
   Головы зрителей поворачивались,  чтобы  рассмотреть  муниципального
судью, который направлялся к свидетельскому  креслу  из  самого  конца
зала. Он двигался по проходу размеренным шагом с чувством собственного
достоинства, прекрасно понимая важность своего положения.
   Седовласый, широкоплечий, грузный, он поднял правую руку  и  принял
присягу, затем сел в свидетельское кресло. Всеми  своими  манерами  он
показывал свое уважение  к  суду  и  правосудию,  которому  служил,  с
достоинством терпел адвокатов и присяжных и совсем не обращал внимания
на беспокойных зрителей.
   - Вас зовут Б.К. Пурлей? - спросил Клод Драмм.
   - Да, сэр.
   -  Вы  в  настоящее  время  являетесь  должным  образом  избранным,
аттестованным и действующим судьей муниципального суда нашего города?
   - Да.
   - Вечером двадцать третьего октября  текущего  года  вы  находились
поблизости дома Эдварда Нортона, не так ли?
   - Да.
   - В какое время вы прибыли к дому Эдварда Нортона, судья Пурлей?
   - Ровно в шесть минут двенадцатого.
   - А когда уехали?
   - Ровно в одиннадцать тридцать.
   - Не могли бы вы, судья Пурлей, объяснить присяжным, почему  можете
с такой  точностью  свидетельствовать  о  времени  своего  прибытия  и
отъезда?
   Мейсон ясно видел ловушку, но у него не  было  альтернативы,  кроме
как войти в нее.
   - Я возражаю,  ваша  честь,  -  заявил  он.  -  Свидетель  уже  дал
показания.  Умственный  процесс,  который  привел  к   ним,   является
несущественным и не относящимся к делу и, в лучшем случае, может  быть
оставлен для перекрестного допроса.
   - Протест принимается, - принял решение судья Маркхам.
   Клод Драмм иронично улыбнулся.
   - Я снимаю вопрос, ваша честь, - сказал он. - Это моя ошибка.  Если
мистер Мейсон пожелает, то  он  сможет  рассмотреть  этот  аспект  при
перекрестном допросе.
   - Продолжайте, - судья Маркхам постучал молоточком по столу.

Следующая

115 >